Эльза Скиапарелли.

Bозвращение легенды.

Осенью этого года мир ожидает потрясающее событие: ренессанс легендарного Дома моды Скиапарелли. Генеральный директор Tod's и владелец бренда Schiaparelli Диего Делла Валле принял решение возродить знаменитую марку. «Шокирующая Эльза», непостижимым образом сочетавшая сумасшедшие образы сюрреалистов со вполне практичными изобретениями, возвращается из небытия. Эльза Скиапарелли родилась в 1890 году в Риме. И не где-нибудь, а в родовом дворце Корсини, в семье директора Королевской библиотеки. Незаурядной личностью был не только отец малышки: дядя Джованни – знаменитый астроном, открывший каналы на Марсе, дед – советник правителя Египта... С самого детства Эльзу окружали редкие книги, рукописи, картины и музыка. А еще – тщательно сдерживаемое недовольство родных: как у них могла родиться эта некрасивая девчонка, чьи сумасбродные шалости регулярно добавляли семейству Скиапарелли седых волос? Фантазия у дитяти и впрямь была бурной. Как-то Эльза наплела кухарке, что она в семье подкидыш, и та заливалась слезами над судьбой бедняжки. В другой раз насыпала в нос и уши семян – чтобы распустились цветы и преобразили ее некрасивое большеглазое лицо. Эльза умудрилась отличиться даже на первом причастии. На исповеди она решила на всякий случай заранее сознаться в возможных грехах. Наговорила такого, что священник усомнился в ее адекватности, а потом еще и приводил в чувство: разволновавшаяся девочка упала в обморок. При этом Эльза прилежно училась и по-честному пыталась быть похожей на сестру – умницу, красавицу и любимицу домочадцев. Но получалось так себе. От комплекса гадкого утенка Скиапарелли будет избавляться всю жизнь...

Путь в Париж.

В 24 года Эльза едет в Лондон – подруга предложила поработать гувернанткой. Девушка освобождается от неусыпной родительской опеки. И, конечно, влюбляется. Лекция по модной тогда теософии заканчивается предложением руки и сердца. И Скиапарелли, очертя голову, выскакивает замуж за прекрасного лектора, графа Уильяма де Вендта де Керлора. Родители против, но к их приезду Эльза уже замужняя дама. А дальше судьба совершает крутой поворот. Супруги едут в Ниццу, затем – в Нью-Йорк. Когда нога Эльзы ступила на американский континент, было вполне ясно: ее брак катится ко всем чертям. Многочисленные измены мужа, в том числе с Айседорой Дункан, красноречиво это подтвердили. Скиапарелли обнаружила, что ждет ребенка. А к моменту родов Уильям вообще исчезает из ее жизни. Выйдя из клиники с дочкой на руках, Эльза кое-как находит приют в крошечном отеле. Хватается за любые подработки, регулярно падает в голодные обмороки. И как-то раз замечает: ребенок странно двигается. Детский паралич. Скиапарелли мечется от врача к врачу, и один из них знакомит ее с Габриэль, бывшей женой дадаиста Франсиса Пикабиа. И та дает Эльзе небольшую работу: продать партию одежды из Парижа. Вскоре Скиап возвращается во Францию. Устраивает дочку в пансионат Лозанны, стоически перенося разлуку. Для Эльзы то было время полной неопределенности: ни семьи, ни дела, в которое хотелось бы вложить душу. И тут в ней прорезалось желание ваять и рисовать (а уж это она умела с детства).А главное, Эльза видела, как реализовать эти фантазии в одежде. Но мир моды не спешил распахнуть двери навстречу итальянке. «У вас нет способностей. Лучше выращивайте картофель», – вынесли ей вердикт в одном из парижских домов моды. Впрочем, Скиап была не из тех, кто опускает руки. И тут вмешался Случай. К Эльзе в гости заехала знакомая из Америки. На ней был элегантный свитер ручной вязки. Скиапарелли, вообще не жаловавшую подобную одежду, он чрезвычайно заинтересовал. Выяснилось, что связала свитер армянка, жившая в Париже. Скиап заказала у вязальщицы черный свитер с рисунком-бантом белого цвета. Заглянула в нем к друзьям – и произвела фурор. Через пару месяцев все армяне Парижа бодро вязали спортивную одежду по заказу американской фирмы Strauss. А заправляла делом предприимчивая Эльза. Наконец ее неуемная фантазия нашла выход. Скиапарелли прекрасно рисовала, но не умела шить – и, как ни странно, это было лишь на руку. Она не задумывалась, возможно ли воплотить ее фантазию в жизнь, однако энтузиазм был таким заразительным, что ни один портной ни разу не отказал Эльзе. Модельер открывает импровизированный салон. Но тут приходит новая беда. У дочери случился аппендицит. После операции девочка месяц была на грани смерти. Эльза без конца ездила в Лозанну и обратно. В поездах, во время бессонных ночей, и родилась первая коллекция Скиапарелли – словно гимн ее вере и оптимизму. В 1935 году Эльза открывает роскошный бутик на Вандомской площади. То был звездный час Скиап. Идеи не иссякали: она предложила женщинам цвет shocking pink и застежки-молнии, газетный принт, немыслимые шляпки в виде туфли на каблуке, ожерелья из жуков и таблеток аспирина, пуговицы в виде конфет и золотых луидоров. А также вечерние дождевики, расшитые стеклярусом «цирковые» платья, перчатки с нарисованными ногтями... Недаром ближайшими друзьями Скиапарелли были Сальвадор Дали, Жан Кокто и Пабло Пикассо. Эльзе ничего не стоило пошить платье с огромным омаром или пиджак по мотивам картин дадаистов. И, подумать только, именно Скиапарелли в 1937 году пригласили в СССР и поручили разработать «идеальное платье советской женщины»! При всей сюрреалистичности своих нарядов, Скиап подчиняла их женскому телу, а не наоборот. Одежда, по мнению Эльзы, должна быть архитектурной: как здание держится на каркасе, так и платье должно повторять формы тела. Не потому ли творения Скиапарелли полюбились первым модницам мира? Эльза наслаждалась триумфом – и заставляла изрядно нервничать свою главную соперницу, Коко Шанель. Та терпеть не могла «итальянскую выскочку». Между Коко Шанель и Эльзой Скиапарелли была настоящая «холодная война. Они переманивали друг у друга клиентов и манекенщиц (к Эльзе от Шанель перешла, например, Гала Дали), развивали идеи друг друга (не без влияния Эльзы в коллекциях Шанель появились яркие цвета, прежде ею игнорировавшиеся), размещали заказы у одних и тех же поставщиков или мастеров. Говорили, что на одном из своих приемов Шанель подсунула сопернице свежевыкрашенный белой краской стул, а в рисунках на платьях Скиапарелли некоторые узнавали карикатурное изображение Коко. Та не умела рисовать, не слишком разбиралась в искусстве, и этим проигрывала Эльзе. Но, кроме того, проигрывал предлагаемый ею прямой силуэт – Скиапарелли-то дала женщинам одежду, самым выгодным образом представлявшую бюст и талию. А потом изобрела подплечники, новинку моментально подхватил Голливуд – и Шанель безнадежно отстала от конкурентки. Впрочем, вскоре началась война, не пощадившая и Дом Скиапарелли.

Новое время.

В 1935 году Эльза открывает роскошный бутик на Вандомской площади. То был звездный час Скиап. Идеи не иссякали: она предложила женщинам цвет shocking pink и застежки-молнии, газетный принт, немыслимые шляпки в виде туфли на каблуке, ожерелья из жуков и таблеток аспирина, пуговицы в виде конфет и золотых луидоров. А также вечерние дождевики, расшитые стеклярусом «цирковые» платья, перчатки с нарисованными ногтями... Недаром ближайшими друзьями Скиапарелли были Сальвадор Дали, Жан Кокто и Пабло Пикассо. Эльзе ничего не стоило пошить платье с огромным омаром или пиджак по мотивам картин дадаистов. И, подумать только, именно Скиапарелли в 1937 году пригласили в СССР и поручили разработать «идеальное платье советской женщины»! При всей сюрреалистичности своих нарядов, Скиап подчиняла их женскому телу, а не наоборот. Одежда, по мнению Эльзы, должна быть архитектурной: как здание держится на каркасе, так и платье должно повторять формы тела. Не потому ли творения Скиапарелли полюбились первым модницам мира? Эльза наслаждалась триумфом – и заставляла изрядно нервничать свою главную соперницу, Коко Шанель. Та терпеть не могла «итальянскую выскочку». Между Коко Шанель и Эльзой Скиапарелли была настоящая «холодная война. Они переманивали друг у друга клиентов и манекенщиц (к Эльзе от Шанель перешла, например, Гала Дали), развивали идеи друг друга (не без влияния Эльзы в коллекциях Шанель появились яркие цвета, прежде ею игнорировавшиеся), размещали заказы у одних и тех же поставщиков или мастеров. Говорили, что на одном из своих приемов Шанель подсунула сопернице свежевыкрашенный белой краской стул, а в рисунках на платьях Скиапарелли некоторые узнавали карикатурное изображение Коко. Та не умела рисовать, не слишком разбиралась в искусстве, и этим проигрывала Эльзе. Но, кроме того, проигрывал предлагаемый ею прямой силуэт – Скиапарелли-то дала женщинам одежду, самым выгодным образом представлявшую бюст и талию. А потом изобрела подплечники, новинку моментально подхватил Голливуд – и Шанель безнадежно отстала от конкурентки. Впрочем, вскоре началась война, не пощадившая и Дом Скиапарелли. Эльза не переставала работать даже холодной зимой 1940-го. Мастерицы ходили в ателье пешком по 12 километров. Скиап умудрилась выдать полноценную коллекцию в духе военного времени: практичная, но концептуальная одежда. Куртки «Линия Мажино», велосипедные юбки с разрезами на бедрах, косынки с принтом выдержек из закона о режиме экономии: «Понедельник: без мяса. Вторник: без спиртного. Среда: без масла»... При этом кутюрье участвовала в акциях Армии спасения. Вскоре она с дочерью бежит в США, идет на курсы медсестер и работает в самой жуткой больнице Нью-Йорка, куда попадают нищие, алкоголики и самоубийцы. Вернувшись во Францию, Скиапарелли оказывается не у дел. Принять предложенный Диором стиль new look она не смогла. Элегантную и практичную послевоенную коллекцию Скиапарелли публика приняла холодно. Изменилась и клиентура – а потакать вкусам разбогатевших мясников Эльза не собиралась. Изменения претерпела и сама индустрия моды. Отныне закупщики должны были платить за право присутствия на презентациях, бесплатные телесъемки и анонсы на радио запретили, что способствовало откровенному воровству идей. Скиап не стала рвать на себе волосы. Выпустила свои последние духи «Король-солнце», флакон для которых создал Дали. И отошла от дел. Теперь ее интересовали путешествия, домик в Тунисе и две внучки. Скиапарелли умерла в ноябре 1973 года в Париже. Похоронили ее в пижаме любимого цвета shoking pink – именно так завещала великая кутюрье. Свободная оптимистка с неистощимой фантазией, мудро принимающая победы и поражения. Пожалуй, единственное, в чем не повезло Скиапарелли – это личная жизнь. Ее любовью стала Мода. И эта страсть была абсолютно взаимна.